Повелительницы потустороннего мира: истории львовских ведьм

В разные времена к ведьмам относились по-разному. Долгое время с колдуньями сражалась инквизиция. В Европе это приобрело большие масштабы с казнями и сожжением на огне. В Украине обычно все завершалось на уровне судов и редко доходило до человеческих жертв. Упоминания о ведьмах встречаются и в истории Львова, пишет lvivyanka.info.

Жили здесь еще в княжеские времена

Один из первых львовских историографов Игнатий Ходыницкий писал в 1829 году в своей истории города, что многие ведьмы, ведуны, колдуны и гадалки жили во Львове еще в княжеские времена. Побороть, как он пишет, «эту всю нечистую силу» удалось лишь с приходом католического духовенства.

Считается, что колдуньи собирались на горе Лисовка, расположенной в Винниках, на правом берегу реки Маруньки, а также на Лысой горе во Львове.

Лысая гора

О чем свидетельствуют судебные документы?

Дела о колдовстве и еречестве первоначально рассматривались только в церковных судах на основании жалобы, слухов или доноса. Порядок расследования преступлений, связанных с еречеством определяли буллы 1252 года папы Иннокентия IV и 1484 года папы Иннокентия VIII.

Больше всего действий против ведьм в Европе происходило в XVII веке. По подсчетам польского историка Богдана Барановского, в этот период в Речи Посполитой было приговорено к смерти за колдовство около 10 тысяч человек.

Судебные процессы проводили и над ведьмами Львова и окрестностей. Например, была женщина из Рясного, которую в 1572 году похоронили на пригородном кладбище возле церкви Воздвижения Честного Креста. В течение нескольких последующих дней после ее похорон умерло несколько человек, живших вблизи этой церкви. Тогда и начала распространяться информация, что женщина была ведьмой. Люди даже приступили к раскопкам ее могилы. Выяснилось, что она лежала в гробу, закусив в зубах собственный платок, чего вроде бы не было, когда его хоронили. Поэтому решили перевернуть умершую лицом вниз и отрубить ей голову, которую положили покойной в ногах. После этого волна смертей завершилась.

О еще одной колдунье говорят материалы судебного дела 1650 года по убийству Теодора Белзецкого его родным братом Бонавентурой. По утверждениям двух других братьев Белзецких, Бонавентура договорился со знахаркой бабой Маланкой, чтобы та отравила Теодора. Однако Теодор как-то узнал об этом и приказал схватить Маланку, тогда отвез ее на собрание шляхты в Петрков (Польша), чтобы она дала свои свидетельства о намерениях Бонавентуры. Однако на обратном пути во Львов слуги Бонавентуры напали на Теодора, и один шляхтич выстрелом из пистолета смертельно его ранил.

Еще одно судебное дело – о колдунье Гузовой из Роздола. Она вроде бы планировала убить усыновленных ею детей. Судебный писарь записал, что о мистической деятельности волшебницы уже давно знали некоторые мещанки. Они рассказали, что она снимала проклятие с кабаков, лечила всевозможные болезни с помощью зелья, соли и воды. Свидетели также утверждали, что Гузова заключила союз с чертом и даже предлагала его показать.

Также в 1687 году инстигатор (главный прокурор) Львова обвинил жительницу села Зубра Косыху в том, что она с помощью волшебства убила господина Нича. Он скончался от травм после того, как выпал из окна собственного дома. Перед смертью потерпевший рассказывал, что Косыха проклинала его даже в глаза. Кроме этого, считалось, что она обиделась на господина Нича, потому что тот посадил ее мужа в тюрьму. А кроме того, в материалах дела отмечалось, что «когда горело барское имение, она прибежала на пожар с непокрытой головой».

Неизвестно, были ли эти львовские ведьмы казнены, поскольку в уголовных делах отсутствуют приговоры.

В общем, в те времена в ведомстве можно было обвинить любую женщину, достаточно было иметь свидетелей и несколько «убедительных» доказательств. Этим часто пользовались ради собственной выгоды, когда нужно было кого-то «убрать» из-за личной неприязни, конкуренции на рынке труда или даже просто соседства.