Американская мечта львовской Соньки Золотой Ручки

Одна из самых известных львовских преступниц работала не сама, а в паре с мужем, их даже называли «Бонни и Клайдом» по аналогии с известной американской криминальной парой, пишет сайт lvivyanka.info. Соня и Хаим Гольденберги прославились своими аферами на все бывшее советское пространство, обросли слухами и легендами, но до сих пор не один львовянин вздохнет с ностальгией, проходя мимо культового кафе «Пингвин» на проспекте Свободы или «Вежи» в Стрыйском парке.

Пара из Бердичева

Наша героиня родилась в 1929 году в Бердичеве, так же, как и ее муж, не менее известный Хаим Гольденберг,  который был старше Сони на 7 лет и прошел Вторую мировую войну. В 1941 году парень пошел добровольцем на фронт, тяжело воевал, был серьезно ранен и контужен, в частности, пережил битву под Сталинградом.

Хаима или, как его называли в народе, Михаила наградили двумя орденами Славы и другими наградами. После войны он переехал во Львов, где встретил Соню. Это была судьба, вскоре они поженились, родились двое детей – Григорий и Люся.

В 1970-х годах дети Гольденбергов вылетели из семейного гнездышка, и занесло их какими-то странными ветрами слишком далеко – аж в Америку. Родители также мечтали уехать к ним, но в то время для простых евреев это было почти невозможно. Только не для Гольденбергов!

«Вежа» — лестница к западной жизни

С 1950-х годов София Аркадьевна начала работать на ниве советской торговли, сначала обычной продавщицей, впоследствии заместителем заведующей, заведующей и, в конце концов, дослужилась до престижной должности руководительницы «куста» из трех магазинов. «Кустом» в советские времена назывались несколько заведений с централизованным снабжением товара. Софии подчинялись несколько гастрономов, генделик «Холодок» на Ивана Франко, 98, и знаменитый кафе-бар «Вежа» в Стрыйском парке.

Это была ее гордость! Ведь она сама сделала «куколку» из старой заброшенной водонапорной башни, которая понемногу приходила в упадок еще со времен Краевой выставки 1894 года. Соня сама определяла архитекторов и художников, реставрировавших здание, обсуждала с ними все идеи, доплачивала работникам, следила за процессом восстановления… София вложила душу в башню – и она ожила!

В 1976 году открылся эксклюзивный 8-этажный кафе-бар «Вежа», который стал безумно популярным. Посетителей привлекало все: и расположение в любимом Стрыйском парке, и шикарный вид с верхнего этажа, и оригинальные десерты, и алкогольные коктейли… Еще одной «фишкой» бара был первый во Львове видеомагнитофон, появившийся в 1981 году, на котором можно было посмотреть популярные западные клипы АВВА, Queen и других, трансляцию концертов из Сан-Ремо, а дети могли смотреть «Том и Джерри» и другие мультики. А еще говорили, что для «своих» здесь подпольно крутили запрещенную «клубничку» — настоящие порнофильмы, и поговаривали, что при желании можно было даже уединиться в отдельных комнатках.

Сейчас трудно понять, где правда, а где выдумки, ведь «Вежу» окружал флер таинственности и романтики. Тогда это было прикосновение к чему-то далекому, неизвестному, зарубежному: итальянская музыка, пьянящий коктейль, армянский коньяк, горячий шоколад, интерьер из заграничных бутылок из-под спиртного. Вход стоил сначала 3, затем 5 рублей, на которые каждый посетитель получал оригинальный 8-слойный разноцветный коктейль. Каждый этаж тоже был другого цвета: зеленый, розовый, красный… Верхний был белым, с мягкими белыми диванами и креслами, изготовленными на Львовском автобусном заводе. В «Веже» царила особая атмосфера, ведь посетители утверждали, что чувствовали себя здесь «как за границей». Пожалуй, София решила, если ей не удается уехать за границу, то заграница придет к ней, и воплотила в «Веже» свое видение западного мира.

Была еще одна, неизвестная сторона работы «Вежи», о которой знала лишь определенная публика и несколько приплаченных милиционеров, следивших за порядком рядом. Кафе днем ​​принимало обычных посетителей, а ночью – очень специфических. Оно стало излюбленным местом сбора бандитов, картежников, фарцовщиков и других уголовных элементов. Это и сыграло с ним злую шутку.

Под колпаком КГБ

В январе 1980 года первый секретарь ЦК компартии Украины Владимир Щербицкий, как это часто бывало, получил записку:

«В марте-апреле прошлого года в ночное время после закрытия бара “Вежа” (г. Львов) на его верхнем этаже для узкого круга клиентов показывались 3 порнографических фильма. А подсобки с разрешения обслуживающего персонала за определенную плату используются как места для интимных встреч посетителей».

Щербицкий очень хотел выслужиться перед новым генеральным секретарем ЦК Юрием Андроповым, считавшим, что для оздоровления советской экономики нужно просто «навести порядок»: всех расстрелять и пересажать. И он начал действовать.

В феврале 1980 года к Соне Гольденберг пришла проверка, которая обнаружила много неучтенных продуктов в подсобке, в частности, 75 ящиков шампанского, 40 бутылок водки, 75 бутылок масла, 115 банок сгущенки, 16 ящиков яиц… Надо сказать, что такое тогда можно было увидеть в подсобке каждого заведения, в условиях тотального дефицита труднее было найти магазин, где не скрывали продуктов. Но Гольденберги уже были «под колпаком». Соня даже пыталась дать комиссии огромную взятку – 2 тысячи рублей, но это не помогло, комиссия составила акт о нарушении правил торговли, хотя с должности ее почему-то так и не сняли.

Следующий акт этой драмы разыгрался осенью того же года в московском аэропорту «Шереметьево». Молодой еврей Семен Коган из Бердичева был задержан при посадке на американский самолет, желая посетить родственников в Нью-Йорке. У Семена обнаружили контрабандные товары на сумму 34 тысячи рублей: золотой медальон с цепочкой, золотые швейцарские часы, золотую заколку для галстука и бриллиант весом 3,5 карата. Пожалуй, это тот самый бриллиант, от которого и пошли слухи и легенды, якобы Сонька Бриллиантовая Ручка передавала бриллианты подельникам в аэропорту через поцелуи…

Конечно, молодой парень быстро признался, что его отправила в Америку тетя Соня. Она сама купила и зашила ценности в его куртке и подошвах обуви, провела племянника на самолет и даже заполнила вместо него декларацию, а в благодарность приобрела Семену билеты в Нью-Йорк и обратно. Когда Когана под конвоем доставили во Львов и обвинили в контрабанде, София поняла, что это конец, и предупредила мужа, позвонив по телефону из Москвы. Через несколько дней ее арестовали в одном из львовских подземных переходов, всю вину Сонька Золотая Ручка взяла на себя, но Коган получил 4 года колонии усиленного режима.

Сквозь тернии к Америке мечте

Что же такого криминального совершила Соня Гольденберг? Она только пыталась осуществить свою мечту и уехать к детям в Америку. Попасть в эмиграцию в те времена было почти нереально, впрочем, небольшое количество евреев могло уехать в Израиль по вызову. А уже с Земли обетованной, имея деньги и связи, можно было попасть в желанную Америку. Соня должна была уехать первой, получив вызов из Израиля. Он пришел, но слишком поздно: за два дня до этого Софию арестовали…

Поскольку законы того времени были драконовские, легально накопить нужную сумму было невозможно. Впрочем, Соня не привыкла сдаваться, и понемногу шла к своей цели. Как и многие другие продавщицы, с начала работы во львовском общепите она обвешивала покупателей, продавала неучтенный товар по завышенной цене, занималась спекуляциями. По версии обвинения, Соня таким образом за 10 лет заработала 40,5 тысячи рублей, хотя трудно понять, откуда такая точность.

Соню Гольденберг обвинили в том, что она:

«систематически с целью наживы скрывала и не выдавала в торговые залы магазинов часть продовольственных товаров, пользующихся повышенным спросом у населения, а реализовывала их лично через подсобные помещения магазинов №№ 141, 126, 9 и 13, занимаясь учетом покупателей».

В результате такой торговли «из-под прилавка» обвинение насчитало 95 тысяч рублей нелегального заработка.

«Вежа» вообще была Клондайком, ведь там продавали сигареты «Марльборо» и шампанское по завышенным ценам, разбавляли коктейли, торговали «по блату» алкогольными напитками из магазинов, которыми руководила Соня. Это уже не говоря о закрытых вечеринках, дискотеках и оргиях, в которых ее обвиняли, правда, доказательств так и не нашли. Общая сумма обогащения за 17 месяцев работы «Вежи» составила 77,5 тысяч рублей.

После ареста Сони во время обысков были найдены вещи, которые «принадлежали Гольденберг: 25 изделий из драгоценных металлов и камней, 60 — из хрусталя, 7 сберегательных книг на 30 тысяч рублей, 46300 рублей наличных, а также меховые изделия на сумму 15 тысяч, большое количество носильных вещей, фото- и радиоаппаратура».

Деньги, приговор и благородство

Зачем же это все? Соня упорно шла к своей мечте! Все деньги в условиях тотальных запретов она умудрялась пересылать в Америку детям, придумывала чрезвычайно сложные, головоломные схемы, привлекала знакомых и друзей со всех концов советских земель, драгоценности и разные изделия, купленные в магазине «Художник» и других, вывозились за границу, прятались в разных городах: Львове, Черновцах, Бердичеве, Николаеве, Тбилиси и даже в Москве. В КГБ сообщали:

«Из писем, поступивших от сына и дочери к Гольденберг, видно, что они использовали полученные от нее средства для приобретения в Нью-Йорке в кредит магазина, оцененного в 300 тысяч долларов».

Впрочем, дочь Люся утверждала, что покупка магазина не имела никакого отношения к деньгам родителей.

В августе 1981 года был вынесен приговор: за обман покупателей, нарушение правил валютных операций, злоупотребление служебными полномочиями, контрабанду, попытку дать взятки, хищение государственного имущества в особо крупных размерах Соне присудили 14 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Кто-то изрядно нагрел руки на всей этой истории, учитывая, что руководящие органы прекрасно знали обо всех махинациях, а нелегальную прибыль за все годы оценили в фантастическую сумму 213 тысяч рублей.

Соня Гольденберг благородно взяла всю вину на себя и просила не трогать продавцов и барменов, которые проходили по делу только как свидетели. В 1988 году она вышла на свободу и наконец-то осуществила свою мечту, вылетев к детям в США. Там она и скончалась в желанном Нью-Йорке в 2014 году. После распада СССР Соня еще успела прилететь во Львов, чтобы узнать судьбу мужа, чья ситуация была еще сложнее и запутаннее, чем у нее, но это уже совсем другая история…

Соню до сих пор вспоминают с большой теплотой и благодарностью как бывшие работники, так и посетители, знавшие эту удивительную женщину лично, многим она помогла, говорят, что она была очень харизматична и добра. Ей просто не повезло родиться не в то время и не в том месте, ведь сейчас со своей коммерческой жилкой, нестандартным подходом и креативностью Соня точно была бы одной из самых успешных бизнес-леди. Но, к сожалению, в то время креативных коммерсантов просто уничтожали. Впрочем, они с мужем вошли во львовский фольклор, о них ходит множество народных преданий и легенд, а восстановленный в 2020 году кафе-бар «Вежа» надежно хранит тайны своей бывшей руководительницы.